Архив за месяц: Июнь 2015

«Жар нужды» и «пыл душевный»: о бедности вокруг нас

Александра Осина

Бедность – явление, которое многим не дает покоя: про бедность рассуждают философы и теологи, антропологи и социологи, святые и самые обычные люди. Мои мысли – это мысли социального работника, человека практичного, которому по долгу службы приходится часто встречаться с бедностью в различных ее проявлениях и думать о том, что можно сделать. Возможно, они кому-то пригодятся. christofthebreadlinesbyfritzeichenbergjpg

Стремясь помогать другим, мы часто сталкиваемся с теми, у кого ничего нет. Это вполне закономерно: беды (болезни, потери близких, войны и т. д.) редко приходят одни, они лишают человека работы, жилья, социальных связей, чувств безопасности, радости и доверия. Иногда бывает наоборот, беда человека – результат его бедности, ему с самого начала, в виду экономических, географических, социальных причин, не было дано того, что имеют другие. Вследствие этого человек не получает достойного образования, не может выбрать профессию по душе, полностью реализовать потенциал, вложенный в него Богом, страдает от депрессии, совершает правонарушения, в поисках выхода и избавления от тревоги и страданий может прибегнуть к наркотикам или алкоголю и т. д. Иными словами, быть тем, у кого ничего нет, в нашем мире – очень рискованно. Мы хотим помочь человеку в беде, но встречая неизбывную бедность, ведущую беду под руку, часто уходим. Ведь мы, говорим мы себе, и сами не богаты, и наши возможности не безграничны.

Кажется, это не совсем верно. По крайней мере, с этим не хочется соглашаться – ни мне, ни всем тем, кого я знаю по работе в сфере благотворительности и социальной помощи. Это несогласие, бывает, сопровождается чувством собственного бессилия или призывами к социальной справедливости: ведь социальные грехи – это результат современного общественного устройства, и побороть их можно так же: совместными усилиями, большими изменениями. Порой мы кажемся себе наивными в наших реакциях и сами над собой подшучиваем. И все же, как бы мы ни реагировали на эти препятствия, почему-то мы не отступаем.

Первая встреча

Так сложилась моя жизнь, что в течение последних десяти лет мне пришлось поработать в самых разных сферах: с бездомными, с потребителями наркотиков, беженцами, детьми с серьезными заболеваниями и их семьями, с молодежью, людьми, живущими с ВИЧ. Начало моей работы было связано со встречей с Христом – и с христианской общиной, которая занималась социальным служением. Однажды в маленьком пустом общинном храме в Риме нам, группе волонтеров из Москвы, показали старое деревянное распятие, которое когда-то давно было найдено основателями общины на свалке. У Христа были отбиты руки: «Мы должны стать его руками». Мы должны что-то делать. В эту же поездку мы оказались в Ассизи, где соприкоснулись со святым Франциском – увидели его хабит, следы восстановления храма Сан Дамиано, камни, по которым он ходил, вдохнули воздух, которым он дышал – мы читали вслух его житие, путешествуя по описанным в нем местам. Францисканство в его самой радикальной и деятельной, самой простой форме тогда взволновало нас. Думаю, что так произошло потому, что оно предстало перед нами не иносказательным, стертым с лица земли временем и историей, а реальным. Будучи тогда еще неверующим и некрещеным человеком, я долгое время носила знак «тау» как символ чего-то неуловимого, во что я верю и для чего работаю.

Прошло десять лет, и за это время я, кажется, слишком часто слышала о невозможности радикального христианского служения в современном мире, метафоричности жизни Франциска и его последователей, о том, что Франциск шел к бедным, потому что был все же богат – пусть не материально, но духовно – был в чем-то выше других и знал, что для них лучше. Бедные люди в такой трактовке незаметно теряли свою личность и превращались в способ практиковать свою духовную жизнь, в способ стать святым, в своей уязвимости оказывались использованными для личных духовных нужд.

Одновременно с этим мое развитие в профессии требовало принятия социальных структур в организациях, разделения труда, заполнения отчетов, работы по графику и так далее. Все это, в общем, было неплохо, но порой оказывалось бессмысленным при встрече с человеческими бедами. И все же в самых разных местах, контекстах, книгах и беседах та изначальная простота чудесным образом то и дело сверкала и не давала сбиться с пути. Я продолжаю верить, что эта простота – простота бедности, и хотела бы в этой статье поделиться теми ее отблесками, что мне удалось наблюдать.

Бедность не порок

Существует убеждение, согласно которому для того, чтобы по-настоящему проявить участие, необходимо уметь обращаться к опыту страдания, схожему с тем, что человек испытывает рядом с вами. Это бывает сложным, потому что люди не хотят страдать и не хотят вспоминать о пережитых страданиях. Мне кажется, что осознание собственной истории бедности помогает оказаться наравне с человеком, сократить дистанцию до ближней, чтобы все мы стали ближними. Моя бедность – бедность пятого ребенка в многодетной семье в начале голодных 90-х годов, поломанные игрушки и одежда старших братьев. Она же – гуманитарная помощь в виде сухого молока и ветчины на ключике, и безличная и ненужная посылка от американских «Самаритян», которую мне как-то вручили в школе. Далекие «самаритяне», очевидно, жалели голодающих детей России и спрятали в огромную разноцветную коробку клей, блокнот, пустоту и детское толкование неизвестного тогда слова «самаритяне» – недалекие люди. Сегодня мой опыт бедности отдается во мне тревогой, привычкой экономить, недоверием к разного рода «самаритянам» и чувством солидарности по отношению к тем, кто оказался не слишком удачлив по жизни. Сейчас признание собственной бедности дается мне проще, чем раньше, но все равно с трудом. Как будто признаешься в преступлении.

Согласно недавнему большому исследованию, описанному в книге «Стыд и бедность» оксфордского профессора Роберта Уокера (1), переживание собственной бедности связано не с владением конкретными вещами, но, скорее, с соотношением с нормой и с теми, кто владеет большим количеством вещей. Опросы в странах совершенно разного достатка – Норвегии, Уганде, Германии, Китае, Южной Корее, Индии и Пакистане – показали, что бедность разрушает множество наших социальных ролей. Какие мы родители, если нам нечем накормить ребенка? Какие мы специалисты, если не можем найти работу? Какие мы дети, если не имеем средств, чтобы достойно ухаживать за родителями в старости? В итоге мы испытываем всеохватывающий стыд за собственную бедность, хотя часто ее причинами являются внешние обстоятельства. Согласно современным психологическим теориям, чувство подобного стыда бывает очень деструктивным, поскольку заставляет нас ставить под вопрос сам факт целесообразности существования такого «я», а не отдельные наши поступки, на которые можно повлиять или что-то изменить. Также подобный стыд не дает людям объединиться для взаимопомощи или каких-либо совместных действий по изменению ситуации – в стыде люди закрывают лица руками, они не хотят быть увиденными, убегают.

«Великая добродетель бедности»

Святой Антоний в проповеди «На Рождество Господне» говорит о совершенно другой бедности – о бедном Младенце как «маленькой бездне» и «бесконечности, лежащей в узких яслях»(2). Эти парадоксальные утверждения дают нам понять, что бедность может действовать в нашей жизни иначе, если мы позволим себе увидеть в конском сене пищу для ангелов. Этот совет кажется невозможным, но с моей точки зрения, он предельно и по-францискански практичен, что я попробую показать далее.

Как мы знаем, Святой Антоний боролся с тем, что мы сейчас называем социальной несправедливостью. Его собственное описание происходящего куда более метафорично (хотя для того времени звучит вполне научно), чем нынешние социальные теории: «Душа живет в крови, бедный в своей собственности. Отбери у человека кровь, у бедного его вещи – оба умрут. Итак, грабители и ростовщики, поскольку они отбирают чужое, называются городом кровей. <…> Кровь бедных холодная, так и их вещи. Бедность и нагота не позволяют им согреться, и вот когда запылает жар нужды, тогда те наступают, тогда прилаживаются, чтобы выдавить кровь» (3)(«Проповедь на Богоявление»). «Жар нужды» – знак отсутствия элементарных вещей, которые позволяют человеку оставаться в живых, и одновременно, для людей с недобрыми намерениями, – знак уязвимости этого человека. Такую бедность нельзя допускать, если мы ценим человеческую жизнь. Это рассуждение удивительным образом рифмуется со случаем, описанным в «Цветочках Франциска Ассизского», когда бедняк, сопровождавший Франциска, не имел ничего, чтобы развести огонь в непогоду ночью: «Тогда Святой Франциск, услышав его, пожалел бедного человека и в пылу душевном протянул руку свою и дотронулся до него. И в тот же момент – невероятно даже рассказывать об этом – в тот же момент, едва бедняк ощутил прикосновение руки Святого, прободенной и пылавшей огнем серафическим, чувство холода покинуло его, и такой жар объял его извне и изнутри, как если бы он лежал рядом с зевом пламенеющей печи». Мы снова сталкиваемся с ощущением тепла, однако это тепло рождается в отношениях и не губит, но дарит покой человеку в нужде.

Эти две истории подтверждают, что бедность можно рассматривать не как состояние, а как соотношение и отношение. Если бедный человек соотносится с понятиями мирского успеха и богатства, он всегда тот, у кого ничего нет, особенно если его соотносят те, кто считает себя успешными и богатыми. Такой человек – изгой. Но святой Франциск вступал с бедными в совсем другие отношения, казавшиеся окружающим парадоксальными, и стремился эти отношения иметь. Почему для него это было так важно?

Две книги: ценность материального

У святого Антония была ценная книга, и однажды ее украли. Чудесным образом вор вернул книгу, поэтому сегодня мы молимся святому Антонию о возвращении утраченных вещей. Мне всегда казалось странным такое буквальное толкование этой истории, особенно если вспомнить об отношении основателя Ордена к вещам. Ведь когда один из братьев однажды попросил у святого Франциска разрешения иметь книгу (бревиарий), то вместо разрешения тот посыпал голову просившего пеплом.

Ученик Франциска соотносился с иерархией и благодаря владению книгой и книжной мудростью мог метить на место прелата. Святой Антоний соотносился с тем, что написано в книге, и ценил именно это. Недаром святому Антонию мы молимся и об утраченных ценностях в нашей жизни, и мне кажется, в первую очередь именно о них.

Современная практическая психология еще недавно много говорила о потребностях людей, и, в вульгарном понимании, человеческую жизнь можно описать, исходя лишь из потребностей – они объясняют поведение человека и указывают, куда ему двигаться дальше. Однако под влиянием феноменологии и других философских идей в последнее время стали развиваться подходы, которые дают место таким явлениям в объяснении выборов человека, как намерения, ценности, убеждения, надежды. Для меня такой поворот оказался очень важным, потому что он объяснял удивительные проявления человеческого духа – например, когда замерзающий бездомный отдавал пальто своему другу, или бедная мать умирающего ребенка передавала другой семье медицинское оборудование или питание. Часто это переживалось как чудо – сложно поверить в то, что в каких-то невообразимых обстоятельствах Любовь продолжает проявлять себя, «не перестает» и не покидает человека. Может быть, как раз эти чудеса бедных и привлекали Франциска?..

Такое понимание также объясняло все те подарки, которые мне необходимо было научиться принимать от тех, с кем я работала – мандарин, помятую коробку конфет, маленький сувенир. Подобные подарки становились самыми ценными сокровищами, ибо свидетельствовали о Любви.

Заключение

Сегодня, когда внешний мир выстраивает иерархии, в которых для бедных не остается надежды, потому что у них чего-то нет, кажется необходимым понимать, что это за иерархии, к чему они ведут. Вселяя чувство страха и стыда за собственное существование, мир стремится доказать, что в нашей жизни есть только материальное, которое можно потерять в любой момент, и ничего духовного и ценного, что неотъемлемо от нас. Но ведь «большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее». Кажется важным оставаться в позиции, с которой можно увидеть то, что есть у бедного, несмотря на трудности – в чем он остается богат и силен духом и чем счастлив. Мой опыт подсказывает, что это позиция человека, который и сам беден материально и духовно, по-францискански, и готов учиться у Любви. Это также позиция равного, готового признаться себе в том, что он чего-то не знает, не умеет и тоже страдает, готового присутствовать рядом, дарить и принимать в дар. И тогда возможно согреться каждому.

Глядя на некоторых своих коллег, читая истории разных общественных проектов и частных людей, могу утверждать, что это не вымысел и не дела давно минувших дней, а реальность: на этой позиции действительно можно научиться стоять более-менее твердо – благодаря образованию, личному и профессиональному опыту, молитве – но это стоит большого труда.

Одновременно кажется важным не забывать о том, чему нас учил святой Антоний, и ни в коем случае не оправдывать существование «жара нужды» вокруг нас. Ведь как писала французская социальная работница и мистик Мадлен Дебрель: «Среди самых угнетенных людей можно найти тех, кто счастлив: семьи, живущие в мире, компании смеющихся, толпы поющих. Но то, что кто-то из них может быть счастлив, не оправдывает существования их страданий» (4).

(1) Walker R. The Shame of Poverty. Oxford University Press, 2014.

(2) Св. Антоний Падуанский. Проповеди. Москва: Изда­тельство францисканцев – братьев меньших конвентуальных, 1997. С. 111.

(3) Там же. С. 149.

(4) Delbrêl M. We, the Ordinary People of the Streets. Grand Rapids, 2000

Открыть свой дар и поделиться

Ирина Языкова, искусствовед, член редколлегии альманаха «Дары», первый номер которого вскоре выйдет в свет, размышляет о сути культуры и ее месте в современном мире

Давайте начнем с того, что все мы живем в культуре. Культура – это не что-то отдельное от нас, мы к ней непосредственно причастны. Мы и субъекты, и объекты культуры, одновременно творцы и потребители. Именно человек создает культуру. Если Бог создал природу, то культуру называют второй природой, человеческим миром. Другое дело, что культура бывает с большой буквы и с маленькой буквы. Что мы культивируем? Какие семена сеем? Что произрастает на нашей земле, какие плоды собираем?

Очень важно, чтобы у нас был ориентир на созидание, а не на потребление. Бог создал человека как со-творца. Культура родилась в раю, хотя сейчас мы пожинаем плоды деятельности человека после грехопадения. Но именно в раю Бог сказал человеку возделывать сад, давать имена животным – то есть познавать, создавать какие-то смыслы.

Мы говорим «культурный человек», но это не совсем правильно, потому что, повторюсь, человек и есть тот, кто создает культуру. Человеку дана потрясающая свобода творчества. Мы существа творческие, ибо Бог сотворил нас по своему образу. darivolhlov1-080114

Но все же культуру создают люди талантливые, одаренные…

Не только, Бог в каждого человека вложил какой-то дар, и у каждого есть призвание участвовать, в силу его дара. Иногда человек не понимает, для чего он на этой земле, и тогда он становится простым потребителем. Или может претендовать на дар, который ему не принадлежит, и закапывать свой талант. Важен обмен дарами, ведь культура – это всегда диалог. Когда мы открыты другому, готовы делиться, тогда культура растет и умножается. Если у нас есть корзина с яблоками, и мы все их съедим – ничего не останется. А если кому-то подарим часть, а часть используем для семян и посадим новые деревья – через какое-то время у нас будет новая корзина с яблоками. И наше богатство будет увеличиваться и радовать нас.

Культура – это тот мир, где человек и Бог сотрудничают и сорадуются. В Книге Притч Соломона есть слова о том, как Премудрость Божия творила мир: «Она танцевала на кругу земном, и радость ее была с сынами человеческими…» Это абсолютная формула культуры.

Льюис писал, что Бог сотворил человека, чтобы было кому сказать: «Посмотри, как прекрасен сотворенный мир!». Ведь только человек, существо, подобное Богу, может это оценить.

Культура с большой буквы – это преумножение красоты и раскрытие того смысла, который Бог вложил в этот мир.

В сентябре этого года мне довелось быть в составе русской делегации на XX Лаборатории искусств художников, работающих для Церкви. Эту лабораторию они назвали «Красота, которая спасает», с намеком на известные слова Достоевского. Эта встреча показала, как много общих вопросов и проблем сейчас стоит перед христианскими художниками как Европы, так и России.

В сегодняшнем мире часто побеждает деструктивное, безобразное начало, и в культуре оно тоже выходит на первый план. Современное искусство отказывается от красоты и смысла, создаются внешние оболочки, внутри которых – пустота, такие симулякры.

И вот на Сицилии собрались художники из разных стран, чтобы осмыслить – для чего существует искусство, какие задачи стоят перед художником, какая красота действительно спасает… Если красота существует только для самого художника и не идет дальше в мир, то ей тоже грош цена. В Церкви еще осталось понятие красоты. Но Церковь существует не сама для себя, а чтобы осолить этот мир, чтобы вернуть ему изначальную Божью красоту.

Те художники, которые там собрались, поставили себе задачу идти в мир и слушать, что он вопрошает сегодня о красоте и смысле.

Церковное искусство на Западе не так закрыто от мирских влияний, как в России. Это искусство – как камень, брошенный в воду – рождает волны влияния на мир. Что-то происходит в сердцах людей, когда они видят красоту – она их затрагивает, преображает, побуждает стремиться к Богу.

Когда мы говорим о культуре более широко, это включает и бытовую культуру, культуру речи и общения, информации. Логопеды сегодня говорят о повальной дислексии – неспособности извлекать смысл из прочитанного текста, ориентации читателей на примитивную лексику и картинку.

Меня удручает падение культуры в России, и это ощущается, прежде всего, в речи. Когда я слышу в метро, как молодые люди употребляют нецензурную лексику – они не ругаются, нет, они просто так разговаривают, – и это очень грустно. Это значит, что таков их внутренний мир. Это то, чем они питаются, чем живут.

Когда в 90-е годы мы получили возможность выехать за рубеж и встречались там с русскими эмигрантами, нас поражало, насколько у них красивая речь, они унаследовали ее от дореволюционной России. Уже тогда чувствовалась пропасть между их культурой слова и нашей. А что говорить о сегодняшней ситуации?

Интересный факт: американские психологи выяснили, что продолжительность жизни человека напрямую зависит от его словарного запаса. Известно, что дольше всех живут дирижеры, потому что они вынуждены держать сложный музыкальный текст в голове, и это не дает их мозгу застояться. Так же лекторы, преподаватели, писатели.

От того, как мы мыслим, говорим, как мы смотрим на мир, зависит многое, в частности, продолжительность жизни. Это тоже одна из сторон культуры.

Казалось бы, технических возможностей для общения стало гораздо больше – социальные сети, смартфоны… Но общение сужается до минимума – мы переходим на язык sms, человек сегодня зачастую не может длинное письмо написать. Мы разучились общаться.

Но если слово не живет в человеке, не продуцирует в нем новые смыслы, значит, мы сами себя отключаем от важнейшего источника жизни. Слово скукоживается, деградирует, речь становится невнятной, значит, и мысль умирает. Лев Толстой писал огромными, сложно построенными предложениями, одно предложение у него часто занимает целый абзац. А как сегодня романы пишутся? Просто назывными предложениями. Но это писатели, а что говорить о тех, кто не пишет? Так мы одичаем.

Где же выход из этой ситуации? Вы сказали, что лучшая часть культуры – это преумножение красоты. Как человеку освоить именно эту, лучшую часть?

Красота – это великая и таинственная сила, она лежит в самых глубинных пластах культуры. Христианство открывает смысл красоты и красоту смысла.

Однако, даже войдя в церковь, человек не всегда приобщается к культуре – к красоте и смыслу, чаще всего он приобщается к ритуалу, миру знаков, к некоей идеологии. Но это уже искажение смысла и уход от красоты.

Церковь, которая всегда была культуроформирующим организмом, сейчас зачастую не дает этого выхода на культуру. Неофиты сегодня, наоборот, нередко задают вопрос: «А нужна ли нам культура? А не уводит ли она нас от спасения?» Но человек, который так мыслит, попадет в ловушку, ибо без культуры не было бы Церкви, Евангелия, Литургии, икон, обрядов и проч. Самой бы истории не было.

Сегодня существует масса лабиринтов, из которых нужно искать выход.

Мы живем в стране с многократно сломанной традицией: сначала был слом 1917 года, потом крах советской системы, сейчас – новая ломка и т. д. Но сломанное не дает живых плодов, рушится преемственность. Известный русский поэт Ольга Седакова как-то сказала, что наша культура травматическая. Я с ней согласна.

В России, в отличие от Европы, не было гуманизма. И это тоже очень ощутимо в нашей культуре – у нас часто игнорируется человек. Европейская культура построена на нескольких опорах – античности, христианстве и гуманизме. В России были лишь отдельные гуманистически настроенные мыслители – можно вспомнить Чаадаева, Пушкина, серебряный век отчасти. Но в целом у нас человек не стоит в центре культуры. Он не должен стоять в центре мира, это правда, но в центре культуры – должен. Ведь культура «обрабатывает» самого человека (изначально слово «культура» было связано с обработкой почвы, но в широком смысле «почва» – это душа человека). Если культура не будет направлена на человека, он будет творить какие-то деструктивные, задавливающие человека вещи.

Чем больше мы будем задумываться о том, кто такой человек – с точки зрения богоподобия, его ответственности на земле, – тем здоровее будет наша культура. У нас ведь человек не важен и потому не ответственен – его словно бы нет. У нас всегда важны категории государства, идеологии. А где человек во всем этом? Государство – это только средство оформления статуса бытия человека, а цель – сам человек. В конце концов, Бог приходил на землю ради человека и ради человека воплотился.

У культуры есть свой язык, который сейчас во многом утрачен. Многие ли сегодня разбираются в классической музыке? Нет, как говорится – «слишком много нот», популярная гораздо доступнее. Многие ли разбираются сегодня в живописи? Тоже немногие. У кино тоже есть свой язык. Языку культуры никто не учит…

Для греков культурный человек всегда противостоял варвару. Но у варваров тоже была своя культура, хотя и на несколько ступеней ниже. Европа всегда видела свою задачу в просвещении варваров, этим занималась веками Церковь после разрушения варварами Римской империи. Отсюда идея Ренессанса: от темных веков к возрождению, причем не только и не столько античности, сколько красоты и смысла в христианском понимании. Но у нас сейчас идет обратный процесс: варваризация культуры, ее упрощение, обессмысливание и превращение во что-то незначительное, что можно просто потреблять, не задумываясь, без особых душевных затрат.

И вопрос сегодня стоит очень остро: каков вектор движения нашей культуры – вверх или вниз?

Альманах «Дары» подготовлен содружеством в поддержку христианского искусства «Артос». Эта инициатива – поиск выхода из кризиса культуры, который мы сегодня наблюдаем?

Содружество «Артос» был создано летом 2013 года. Когда мы начинали, мы просто хотели объединить христианских художников, творящих в разных жанрах – и христианского искусства, и т. н. авторской иконы, и других. Но потом само название нашей первой выставки – «Дары» – подсказало нам следующий шаг.

От образа волхвов, которые принесли Христу дары, берет точку отсчета идея культуры как дара. Все наше творчество приносится Богу, что бы мы ни делали. Сама способность к творчеству дана нам Богом, и мы возвращаем Богу плоды этого творчества. Мы сначала сделали выставку, которая прошла с успехом. Потом стали делать альманах, чтобы показать, как эта тенденция существует в разных искусствах. В альманахе будут представлены не только художники, иконописцы, скульпторы, там будет, например, интервью с польским кинорежиссером Кшиштофом Занусси о кино и о жизни. Этот удивительный режиссер всегда ставит в своих фильмах вопрос о смысле жизни – первый и главный христианский вопрос. В альманахе пойдет речь и об архитектуре. Сегодня у нас существует кризис переживания пространства. Мы живем в огромных мегаполисах, где теряемся, и в то же время словно зажаты – мы все время в пробках, в толпе… Это парадокс мегаполиса: чем больше людей, тем дальше они друг от друга. Как мы решаем пространство, как переживаем время, как видим другого человека – все это очень важно.

Культура – это всегда общение с другим, а люди часто других отсекают, потому что они другие – иной веры, национальности, культурного уровня и т.д. В альманахе будет статья Ольги Седаковой как раз об этом: о переживании времени, другого, любви.

Мы хотели собрать в выпуске полифонию разных мнений и показать, что люди думают. Сегодня очень важно думание. Кто-то метко заметил, что «люди сегодня рождаются и умирают, не приходя в сознание», не осмысливая свою жизнь. Это страшно! Где я? Куда я иду? Кто рядом со мной? Что со мной происходит? Эти вопросы – тоже часть христианской культуры, они ставят нас лицом к лицу с Богом, с самими собой. Они делают нашу культуру осмысленной и направляют ее вектор вверх. Этот альманах и содружество «Артос» – попытка нащупать пути выхода из тупиков нашей жизни. Мы живем в некотором хаосе, в атмосфере мощного напора средств массовой информации на человека, и бывает очень непросто во всем разобраться.

Мы хотим попробовать помочь себе и другим. Задача культуры, как говорил С. С. Аверинцев, – это выжить самому и помочь другому выжить. Хотя, конечно, культура в христианском смысле – это не просто выживание, но «жизнь с избытком», как говорил Христос. Жить в полноте человек может тогда, когда он осознал себя, смысл своей жизни, свой дар и этим даром хочет поделиться с другим, хочет с благодарностью принести его Богу.

Записала Мария Романова

Чудеса святого Антония

Владислав Паулин Сотовский OFMConv.

Святой Антоний прославился многочисленными чудесами. Эти чудеса совершались по его заступничеству и при жизни святого, и после его смерти – совершаются они и сегодня. Антоний не творил чудеса собственными силами. Он лишь был совершенным орудием Господа Бога. Бесчисленное множество людей по его заступничеству получило особую благодать Божью. Для нас, наверное, навсегда останется Божественной тайной, почему именно он получил такой необычный дар. А может быть, дело не только в самом даре чудотворства, но и в неусыпной заботе святого Антония о людях? Это был не только дар, но и собственный выбор святого. Он так сильно любил людей и так заботился о них, что Бог ни в чем «не мог» ему отказать.Ant05

О чем больше всего заботился святой Антоний?

Размышляя о жизни святого Антония, нельзя забывать , что для него на первом месте было спасение человека. Когда мы начинаем говорить о спасении и о вечном счастье в Царстве Небесном, многим тема этого разговора кажется скучной. Однако давайте попробуем преодолеть наше привычно равнодушное отношение к духовным ценностям и посмотрим, как понимал спасение святой Антоний. Он никогда никого не отвергал. Он стремился привести к Богу богатых и бедных, духовенство и мирян. Грешников он желал обратить, а праведных утвердить в добре. Стремление к спасению всех людей проявлялось у него в то же время и как великая жажда прославить Бога, полностью отдав себя. Ведь святой хотел, чтобы как можно больше людей открыло свои сердца навстречу Божьей любви. Одно из величайших чудес святого Антония — это, несомненно, убедительность его проповедей, в которых он призывал слушателей примириться с Богом и любить друг друга. После неудавшейся миссии он прожил в Италии и Франции всего лишь десять лет, но успел оставить по себе неизгладимую память. Он во многом преобразил жизнь своих современников и последующих поколений, хотя с момента его смерти прошло уже семь столетий. В наши дни Антоний Падуанский — самый известный во всем мире святой.

Антоний не только проповедовал, но и исповедовал – он был первым в истории Церкви исповедником, который после своих проповедей часами выслушивал жалобы прихожан.

Он дарил им веру в Божье милосердие, помогая после покаяния найти свой истинный путь в жизни.

Забота о спасении людей никоим образом не делала Антония равнодушным к земным нуждам, к человеческим бедам и несчастьям. Он призывал каждого делиться с другими тем, что имеет. Однажды святой Антоний узнал, что падуанские ростовщики отправляют несостоятельных должников в тюрьмы – это не только исключало возможность погашения долга, но и катастрофически усугубляло тяжелую ситуацию, в которой находились бедные семьи. Тогда Антоний сумел добиться от городских властей, чтобы в Падуе было запрещено карать тюремным заключением за не возвращенный вовремя долг.Votive05

Скорая помощь

Святой Антоний заступался (и заступается) не только за все человечество, но и за каждого из нас в отдельности. Сохранились полушутливые истории о том, как святой Антоний заботился о своей пастве. Вот как звучат самые старинные рассказы о его чудесах.

Некая благородная дама из Падуи – об этом свидетельствует ее сын, который был монахом, – вместе с большой толпой людей шла за Антонием. Он направлялся на открытое место, чтобы произнести проповедь. На узкой улице, теснимая со всех сторон толпой, дама упала в зловонную грязь. Во время падения она перепугалась из-­за грозившей ей опасности, а главное, из-­за своего богатого платья, впервые сегодня надетого. Дама с великой верой воззвала к Богу и упомянула о Его слуге Антонии, моля о помощи и защите. Она очень боялась, что муж страшно разгневается, увидев испорченное платье. К удивлению очевидцев, дама поднялась из грязи совершенно не запачкавшись, без единого пятнышка на одежде.

Еще одна дама очень хотела послушать проповедь Антония, но не могла уйти из дома из-­за болезни мужа. Когда Антоний начал проповедь в поле за городом, женщина решила хотя бы посмотреть в ту сторону и подошла к окну. С великим удивлением и восхищением она отчетливо услышала голос святого проповедника и поняла каждое слово. Она поделилась своей радостью с мужем, но тот никак не хотел верить, что ей удалось расслышать слова, произнесенные за две мили от дома. Но приблизившись к окну, он также отчетливо услышал слова святого Антония.

Французская легенда рассказывает также о женщине, которая слишком долго слушала проповедь святого, за что муж поколотил ее и вырвал ей все волосы. Но святой Антоний сделал так, что приложенные к голове волосы снова приросли.

Святой заботился и о крестьянах из Кам­по­сам­пье­ро. Незадолго до своей смерти Антоний навестил друга, который соорудил ему в кроне большого орехового дерева «келью». Антоний проводил там самое жаркое время дня – в тени ему было легче дышать. Люди замечали его издалека, и под вечер приходили толпы, умоляющие хотя бы о нескольких словах ободрения. Собираясь под ореховым деревом, они, к отчаянию крестьян, топтали созревающие колосья. Однако позже оказалось, что истоптанные колосья за ночь вновь поднимались, и зерен в них вовсе не становилось меньше.

Сохранилась также история о верной дружбе святого Антония с августинским аббатом Томмазо из Верчелли. Биографы даже утверждают, что Антоний в Италии слушал лекции Томмазо. Однако нам представляется, что в короткой жизни святого Антония на это просто не было времени. Скорее, это была последняя связь с Орденом, где Антоний провел молодость. А может быть, он познакомился с Томмазо еще у августинцев? Возможно, что Томмазо одалживал Антонию какие-­то книги, которые Антоний использовал для написания своих речей. Скорее всего, святому удавалось навещать друга лишь изредка. Томазо оставил прекрасное свидетельство о святом Антонии в своих работах. Антоний благословил его, уходя из этого мира. Томмазо рассказывал, что Антоний неожиданно пришел к нему в пятницу под вечер и после любезного приветствия заявил: «И вот, господин аббат, оставив своего ослика в Падуе, я спешно отправляюсь на родину». А поскольку Антоний знал, что аббат тяжело страдал болезнью горла, он коснулся наиболее болезненного места и исчез. Вместе с ним исчезла и болезнь аббата. Томмазо сначала не понял, что означают слова друга. Однако позже он узнал, что Антоний навестил его в час своей смерти, чтобы попрощаться.

Забота о базилике и городе Падуе

Святой Антоний необыкновенно привязался к этому необычному городу. Наверняка, это объяснялось тем, что жители Падуи, в свою очередь, привязались к святому и полюбили его. О Падуе святой Антоний заботился не только при жизни, но и после смерти. Также и жители Падуи старались сохранить память о святом соотечественнике. Сразу же после канонизации в 1232 г. собратья Антония и горожане начали строить великий памятник на его гробнице – прекрасную базилику. Строительство поначалу шло быстро, но вскоре приостановилось на целых двадцать лет, потому что Падуей завладел один из лидеров гибеллинов, тиран Эццелино. Падуя на долгое время утратила независимость, но горожане старались вернуть себе свободу. Наиболее благочестивые – как это им и подобает – искали поддержки у небесных защитников. Поэтому падуанский секретарь Антония блаженный брат Лука Беллуди, упорно молился святому. Антоний явился ему в ночь на 13 июня 1256 года и уверил, что уже в октаве этого праздника Падуя станет свободной. Мы не будем вникать в исторические подробности освобождения города, но упоминаем здесь об этом сне или видении брата Луки, потому что это событие увековечено на прекрасных полотнах.

Бесспорный факт – то, что базилика была счастливо завершена и никогда не претерпела слишком сильного ущерба. Собратья Антония жили и трудились при базилике беспрепятственно, за исключением короткого периода, когда земли Венецианской республики оказались под властью Наполеона. Трудно поверить, но император, который обычно уничтожал памятники, позволил устроить конюшню в богато украшенной церкви святого Георгия (при базилике), в покрытых фресками стенах художественной школы. Хотя он и выгнал францисканцев из города, базилика Святого Антония отнюдь не утратила своего былого великолепия.

Падуя входит в число тех благословенных мест, где можно наслаждаться особенным, медленным ритмом жизни. По улицам Падуи со времени основания университета (1222 г.) гуляет жизнерадостная молодежь. Жители города хранят верность своему святому, о чем можно судить по тому, что необыкновенную базилику Святого Антония посещают не только паломники. Горожане также приходят сюда толпами, чтобы молиться и участвовать в воскресной Мессе.

Святого Антония в Падуе редко называют по имени: падуанцы просто говорят «Святой», потому что все и так знают, о ком идет речь.

Горожане свидетельствуют, что святой «заботится о них», и нам остается лишь пожелать, чтобы эта забота сопровождала их до конца времен.

Святой Антоний и Непокалянув

У святых есть такая особенность: они и других побуждают к святости. Делая добро, святые учат людей любви. Многие собратья получали от Антония защиту и помощь на пути к совершенной жизни. Многие среди святых – не только францисканских – особенно почитали святого Антония и на себе ощутили силу его заступничества.

Среди них стоит упомянуть святого Максимилиана Кольбе. Его брат, о. Альфонс Кольбе, часто говорил: «Святой Антоний ни в чем мне не отказывает». Максимилиан и сам просил святого о покровительстве, призывая всех поступать так же. В один из важнейших моментов своей жизни Максимилиан получил от святого Антония особенно необходимую помощь. Срочно требовалось найти место для санктуария Непокалянув в честь Непорочной Девы Марии. О возможности получить клочок земли в Тересине под Варшавой Максимилиан узнал в день памяти святого Антония, 13 июня 1927 года. В этот день он участвовал в богослужении под Гродно, помогая священникам исповедовать прихожан. Известие оказалось достоверным, и, хотя по пути встречались многочисленные трудности, святой Антоний – наверняка вместе с Непорочной Матерью Божией – помог все эти трудности преодолеть. В этом же 1927 году был основан Непокалянув. Дни его существования можно отсчитывать от 13 июня – от первого известия, которое основателю принес святой Антоний. Tomb_of_Saint_Anthony

Происходят ли чудеса в наши дни? Непрерывная молитва у гробницы

Выслушав множество старинных историй о чудесах, которые совершались по заступничеству святого Антония, неизбежно задаешься вопросом: совершаются ли и в наши дни чудеса по его заступничеству? Средневековый респонсорий «Si quaeris…» поможет нам в этом разобраться. «Если молишь чуда, горестью объятый, то святой Антоний за тебя ходатай… И больным, и бедным он несет спасенье». Итак, попробуем найти ответ.

Прихожу в базилику, чтобы понаблюдать, как люди приходят почтить мощи святого Антония. За последние дни я бывал там неоднократно. Сегодня я не буду стоять в очереди, как это делаю обычно, – очередь здесь всегда очень длинная. Но это не пугает тех, кто просит святого Антония о заступничестве. Сейчас я захожу с другой стороны, от часовни Божьей Матери. Это память о прежнем храме, где святой Антоний совершал Мессу, молился и выслушивал исповеди. Я сижу на скамье и стараюсь вспомнить всех, за кого я должен молиться по долгу и по любви. Сначала за тех, кто просил меня о молитве у гробницы Святого. Процессия ближних, которая проходит перед моим мысленным взором, с каждым месяцем становится все длиннее. О некоторых людях я размышляю особенно долго – вспоминаю их глубокую веру, твердую надежду на помощь Святого. Благодаря своей вере они уже получили какую­-то помощь от него. Возможно, они и не назвали бы сейчас эту помощь чудом, но все они справлялись с большими трудностями, некое зло в их жизни превращалось в добро. Я вспоминаю также тех, кто не просил меня о молитве. Некоторые посмеялись бы надо мной, если бы я сказал, что молюсь, хотя ситуация выглядит безнадежной.

Я молюсь, потому что по-прежнему верю: чудо возможно. Близкий мне человек обретет в конечном итоге веру, хотя, может быть, только на смертном ложе. Кто-то отречется от сатаны, которому бессознательно служит, а кто-то в конце концов поймет, что обычная приветливость и доброжелательность необходимы для радости и душевного покоя.

Я верю, что чудо возможно, – я получал доказательства, только… Не стоит ими делиться, чтобы не смущать тех, которые уже познали благодать, а также не стоит рассказывать, как горячо я за них молился…

Всегда ли мои молитвы бывали услышаны? Не буду кривить душой. Иногда мне казалось, что небеса глухи к моим мольбам и ни один святой не хочет за меня вступиться… Не раз я испытывал душевную боль. Как и многие другие в такой же ситуации, я думал, что недостоин, что я и сам грешник, что, может быть, не имею права поднимать глаза к небу. К счастью, я до сих пор ни разу не обиделся на Бога или на какого-­либо святого за то, что они меня не услышали, не приняли то, что я пытался «продиктовать» Богу. Я верю, что Бог всегда меня слышит, хотя порой устраивает события не так, как мне нравится.

После сосредоточенной молитвы я вместе со всеми подхожу к каменной гробнице Святого и жду, когда освободится место, чтобы прикоснуться к мощам.

Однажды мне пришлось ждать очень долго, потому что у гробницы стояла на коленях молодая женщина-­азиатка. Она прикладывала руки к мощам, а лицом и телом прижималась к постаменту. О чем она рассказывала Святому? Какими трудностями делилась? Нельзя спрашивать, когда видишь лицо, залитое слезами. Наверняка, как это чаще всего бывает, речь идет о детях или об их отце. Но как бы то ни было, вера этой женщины свидетельствует о том, что чудеса происходят и в наши дни. Люди приходят к гробнице постоянно, не теряя надежды.

Благодарности и просьбы

Гробница Святого увешана медальонами, открытками, фотографиями, на которых чаще всего запечатлены дети, иногда разбитые машины… Иногда я встречаю надписи на неизвестных мне языках. На стене часовни Матери Божьей, примыкающей к гробнице, развешаны также различные дары, иногда с надписями. Недавно появилась большая фотография молодого человека лет двадцати. Я читаю подпись под фотографией. Бабушка считает своим долгом спустя много лет поблагодарить Святого за исцеление внука. Некогда она испросила здоровья для тяжелобольного ребенка, который теперь стал здоровым, счастливым мужчиной.

Я тоже принес сюда просьбу, полученную по электронной почте: «Очень просим, отче, передайте нашу просьбу святому Антонию. У нашей 8-­недельной дочки Антонины тяжелый порок сердца, теперь такую крохотную малышку ждет операция. Молим Бога по заступничеству святого Антония, ее небесного покровителя, даровать дочке исцеление. Для Бога ведь нет ничего невозможного. Мама и папа».

Он и по­прежнему, наверное, больше всего просьб получает о детях: это просьбы о здоровье для младенцев, о счастье и защите для подростков и молодых людей – для них родители чаще всего просят о возвращении утраченной веры…

Я с интересом просматриваю «Письма святому Антонию», которые паломники оставляют у гробницы или присылают по почте. Как же верно эти послания отражают человеческую жизнь! Недавно люди начали просить о том, чтобы их дети согласились заключить церковный брак и крестить своих детей.

И все же очень многие современные письма начинаются с благодарностей: «Святой Антоний, горячо благодарю тебя за твои дары и благополучие моих близких. Очень прошу тебя о здоровье и благословении для всей семьи. Благодарение Богу, святой Антоний!». «Благодарю за избавление меня от злокачественной опухоли… прошу, чтобы моя жена справилась с тяжелой депрессией». «Спасибо тебе за моих друзей». «Я счастлива, что смогла приехать в твою базилику, поблагодарить за покровительство, которое ты даруешь мне. Прошу, чтобы на новой работе я смогла проработать долго и с удовольствием». «Благодарим за счастливое путешествие в Италию». «Благодарю за помощь, прошу и впредь помогать нашей семье». «Спасибо за дарованную мне благодать». «Я люблю тебя, святой Антоний. Благодарю тебя за помощь. Ты чудесным образом исцелил Сильвию от рака». «Спасибо тебе за то, что нашлось утраченное, а теперь прошу тебя о заступничестве, о согласии и мире в семье…»

Семья, после детей,  – это вторая тема, которая постоянно звучит в прошениях. Способны ли мы даже просто перечислить те чудеса, которые ежедневно случаются в семьях, где твердо веруют в Божественное покровительство и заступничество святых?

Члены такой семьи всегда получают ответ на свои постоянные просьбы о любви, согласии, мире, здоровье и радости.

Прежде я вовсе не задумывался о том, что наш Святой является также и покровителем обрученных. Несколько дней назад я получил по электронной почте письмо от молодой девушки, которая пишет диплом о святом Антонии. В письме сказано: «Я обещала это святому Антонию в благодарность за помощь. Он не оставил меня в беде и вернул мне любовь – он ведь покровитель обрученных… Я должница святого Антония».

Я уже упоминал о том, что теперь у святого Антония появились и новые заботы. Многих молодых он должен привести к заключению настоящего брака и созданию полноценной семьи. «Возлюбленный святой Антоний, – пишет молодая особа, — от всего сердца благодарю тебя за все благодеяния. Очень прошу тебя, святой Антоний, о помощи в том, что касается моих отношений с N. Я всем сердцем люблю его. Прошу тебя, святой Антоний, благослови наш союз, чтобы N. был мне верен, чтобы нас связала счастливая любовь и чтобы исполнилось мое самое большое желание: пусть N. согласится на венчание в церкви. Помоги мне, святой Антоний! Ничто не препятствует заключению нашего брака, но так трудно убедить моего любимого венчаться. Прошу тебя также смиренно о здоровье и благополучии для N. От всего сердца тебя благодарю».

А под конец я увидел письмо 16-­летней девушки, которое наверняка вызвало у святого улыбку. «Не буду много писать, потому что наверное ты слишком занят. Сюда приходит так много паломников, и еще больше людей ждут ответа на свои прошения. Ты их исполняешь, потому что ты любишь нас и веришь, что твои чудеса сделают нас счастливыми. У меня есть такое маленькое желание, немного самолюбивое, поэтому прости меня, пожалуйста. Мне хотелось бы когда-­нибудь сюда вернуться. Ведь я тут нашла свое место на земле, и мне тяжело уезжать отсюда. Я люблю тебя, пожалуйста, опекай меня!»

Чудеса – это наша вера и доверие, когда мы обращаемся к святому Антонию, молясь у его гробницы и у многочисленных алтарей по всему миру. Чудо – это любовь, которой мы у него учимся.